«Новая газета»: У Насти глаза Малевича

Это несложно — оказаться на Настином месте. Надо просто закрыть глаза и пройти по городу ее ежедневный маршрут, который никогда не увидишь, где расстояние измеряется звуком и мерным постукиванием тонкой белой трости по асфальту. Если не пользоваться тростью, город чувствуешь на ощупь, тогда в руке рука сопровождающего. Тогда легко понять, каково постоянно зависеть от чужой воли в двадцать два года — когда очень хочется свободы.

Свободы хотелось и Насте Шавлюк, но тяжелая болезнь лишила ее зрения. Поэтому Настя решила завести собаку- проводника, который выведет ее из замкнутого пространства в большой город. С тростью слепые ходят медленно. С собакой можно идти быстрее и свободнее — часть человеческой работы она берет на себя.

…Настя и собака вместе выходят из подъезда в бывшем военном городке на окраине Люберец, где нет названий улиц, только номера домов. Вместе идут по тротуарам, забитым припаркованными машинами, аккуратно обходят заборы новостроек и ограждения теплотрасс. Забираются в автобус, потом в метро и едут через весь город в институт, где учится Настя. Улыбчивую собаку с золотистой шерстью, которая неспешно ведет Настю в белый свет, зовут Малевич. Голден-ретривер Казимир Малевич.

Первый шаг к встрече с Малевичем Настя сделала, обратившись за помощью к Елене Орочко. Лена — один из лучших дрессировщиков столицы и директор учебно-кинологического центра “Собаки — помощники инвалидов”, выросшего из обломков аналогичной службы, некогда существовавшей при Всесоюзном обществе слепых. Центр существует на благотворительные пожертвования, не всегда достаточные. Лена и ее коллеги находят выход из положения, подрабатывая дрессировкой собак у состоятельных людей, инвалиды же совершенно бесплатно получают прекрасно обученных и подготовленных животных. Это один из двух адресов в Москве, где оказывают подобную услугу.

Елена Орочко дрессирует собак два десятка лет. В начале 80-х стать профессиональным дрессировщиком можно было, работая в немногих учреждениях. В цирке, армии, милиции или во Всесоюзном обществе слепых. Елена выбрала последнее. Став учеником дрессировщика, она не думала ни о какой “благородной помощи” инвалидам. Ее интересовали сильные животные, а не беспомощные люди. Но именно этих людей Елена потом не сможет бросить. В перестроечной разрухе она и ее коллеги не оставят на произвол судьбы “неприбыльных” инвалидов и не переквалифицируются в дрессировщиков новорусских собак.

Собака-поводырь должна быть спокойной, но не ленивой. Жизнерадостной, но сдержанной. Сообразительной, дружелюбной и смелой. Даже среди несметного разнообразия собачьего мира породы с таким набором качеств можно пересчитать по пальцам.

— Уникальный характер каждой породы вырабатывался веками, — объясняет мне Елена Орочко. — Генетическая “программа” животного настолько сильна, что “перевоспитать” собаку почти невозможно. Например, поводырь никогда не получится из среднеазиатской овчарки. Это уравновешенная собака, но в ней заложен огромный потенциал защиты человека, и при первой опасности для хозяина, даже мнимой, она начнет действовать: представьте, что ей не понравится прохожий, предложивший слепому помощь…

Поэтому в поводыри берут представителей лишь нескольких пород: лабрадоров-ретриверов, голден-ретриверов и иногда немецкую овчарку.

“Ретриверы — охотничьи собаки с особой задачей — приносить дичь, — продолжает свой кинологический экскурс Елена. — Они не гонят и не убивают жертву. Упала подстреленная утка — разыщут и принесут безо всякого вреда для дичи. Такое предназначение подразумевает сообразительность и отсутствие агрессии, только охотничью страсть к поиску. У ретриверов есть еще одно незаменимое для поводырей качество — доброжелательность: у охотников принято брать у соседа взаймы собаку, если нет своей. Животные этих пород должны были слушаться любого, в чьей руке оказался поводок, отсюда их доверие к людям”.

Своих уникальных собак Елена и ее коллеги ищут всеми возможными способами — дают объявления в кинологических изданиях, пишут подробные статьи на собственный сайт www.guidedogs.ru, обращаются в клубы собаководов. Дело в том, что в проводники берут только породистых собак. Не потому, что дворняги менее сообразительны, просто, зная родословную животного, легче предсказать его поведение, а значит, быть уверенным в том, что незрячему человеку достанется помощник, а не обуза. Но стоящие пятьсот-семьсот долларов породистые щенки — дорогое удовольствие для благотворительной организации. Поэтому, когда Елена Орочко получила письмо от своей тезки Елены Федосеевой, она оценила красоту и щедрость жеста тогда еще незнакомой ей женщины. “Я — заводчица голден-ретриверов, — писала автор е-мейла. — У нас скоро родятся щенки, могу одного отдать в поводыри”.

Владельцы голден-ретриверов похожи друг на друга, утверждает Елена Федосеева. Они общительны и доброжелательны, как их собаки, потому что людей замкнутых и жестких голден-ретривер боится сам.

Как и положено поклонникам каждой породы, они объединены в клуб. Членом клуба была и девушка-дрессировщик из учебно-кинологического центра собак-проводников. Она рассказала Елене Федосеевой, как остро нуждается центр в породистых щенках. “Могу помочь”, — ответила Федосеева…

В назначенный день Елена Орочко поехала выбирать щенка.

Тезка основоположника супрематизма родился у датской “подданной” Астры. Когда на свет должно появиться очередное собачье потомство, клуб по заведенной традиции выбирает первую букву кличек щенков. Семье Малевича досталась буква “К”. Его братьев и сестер звали Крис де Бург, Кристиан Диор, Крисмас Миллениум, Красотка Леди. Звучные и замысловатые клички обычно остаются для клуба, дома собак по-простецки зовут Кузями и Машами. И быть бы Казимиру Малевичу каким-нибудь Малышом, если бы его первыми хозяевами впоследствии не оказались иностранцы. Те прилежно называли собаку человеческой фамилией, и щенок перестал откликаться на другое имя.

Тест на профпригодность Малевич сдавал, когда ему было два месяца. Характер будущего поводыря проверяли, как у тайного агента в американском боевике, — создав экстремальную ситуацию. Многочисленное щенячье семейство первый раз в жизни выпустили из уютного закутка на середину просторной комнаты. Крис де Бург умчался в коридор, Кристиан Диор спрятался под кровать. Казимир Малевич неторопливо и с интересом стал обследовать помещение. “Спокойный, самодостаточный, инициативный”, — с одобрением оглянулась Лена Орочко на прибывшую вместе с ней дрессировщицу Галину Аксенову. Она кивнула головой: “Наш”.

Так решилось будущее Малевича. Он получил благородную собачью работу. Но чтобы шанс стал реальностью, в жизни Малевича должно было появиться еще несколько чутких, щедрых и ответственных людей.

Как бы Малевич ни нравился Елене Орочко, она была бы вынуждена отказаться от дорогого подарка, если бы не поддержка Тани и Мэтью Чарльсворф. Приступать к серьезным дрессировкам поводыря можно лишь, когда у собаки сформируется характер, то есть ближе к году. У заводчиков, как правило, живут несколько собак, и подкинуть им на воспитание еще одну рослую псину было бы непозволительной роскошью. На собственные вольеры у небольшого центра Елены Орочко денег нет. Единственный выход в таком случае — отыскать “приемных родителей”, то есть семью, согласившуюся приютить на год большую энергичную собаку, пока дрессировщик не подготовит из нее настоящего профессионала. Малевичу повезло, для него такая семья нашлась.

Австралийцы Таня и Мэтью Чарльсворф уже как полгода уехали из Москвы, но без их помощи русская незрячая девушка Настя так бы и не дождалась собаки. Почти на год Малевич стал членом многочисленной семьи Чарльсворфов, у которых, кроме взятого на воспитание голдена, было еще и трое маленьких детей. Наше телефонное общение с главой семьи было коротким, но мне нужно было услышать от Мэтью ответ лишь на один вопрос: почему они все-таки взяли на воспитание собаку-поводыря?

“Мы решили, что это хороший способ помочь тем, кто действительно нуждается в помощи, — ответил Мэтью. — Заодно дети получили важный жизненный урок. Они очень привязались к Малевичу и не хотели с ним расставаться. Но мы объяснили, что не бросаем собаку, а добровольно отдаем ее человеку, который ее очень ждет, и что это правильный поступок”.

Слова о том, как важно помогать другим, повторили мне потом и в русской семье. Таня и Андрей Львовы, взявшие на воспитание “коллегу” Малевича, лабрадора Элли, живут вместе с маленькой дочкой и большим пуделем в стандартной трехкомнатной квартире на “Каширской”. “Почему мы собаку взяли? — переспрашивает Таня. — Должна же быть от тебя какая-то польза!”. Они знают, как широко распространена подобная форма благотворительности на Западе: люди берут собак, растят их, а потом отдают в полицию или инвалидам. “В России такой традиции пока нет, вот и надо ее создавать”, — уверенно говорит Таня.

Беззаботная жизнь Малевича кончилась, когда ему исполнилось восемь месяцев. Он все так же вольно жил в доме Чарльсворфов, но у него начались занятия. Удивительно умеют говорить о животных те, кто их понимает… “Тренер” Малевича Галина Аксенова рассказывала мне об успехах ротривера, как учитель об успехах способного, но озорного ученика: “Малевич — мечтатель, он и бегает задумчиво, и лежит задумчиво. Еще он немного легкомысленный, слишком уж его баловали в детстве. Есть собаки, в которых с рождения заложен настрой на действие, а Малевичу надо втянуться в работу…”.

Как и Елена Орочко, Галина Аксенова занимается поводырями около двадцати лет. “Воспитатели” таких животных должны быть профессионалами высочайшего класса. Потому что если плохая дрессура обычной собаки приведет лишь к недостаткам ее воспитания, то огрехи в навыках поводыря создают потенциальную опасность жизни незрячего человека. Кроме того, дрессировщику приходится быть собачьим и человечьим психологом, ведь он составляет пару, которой придется жить вместе не один год. От поводыря требуется инициатива и сообразительность, чтобы обойти неожиданное препятствие. Но лидером все равно остается человек. Обычные люди привыкли относиться к слепому как к существу зависимому, нуждающемуся в помощи. Но для собаки хозяин, слепой или зрячий, всегда остается хозяином. Она не будет подчиняться слабому.

…Несколько месяцев назад Малевич окончательно поселился у Насти. Теперь три раза в неделю Галя приезжает к Насте в Люберцы. Дрессировщик, собака и слепая девушка идут по привычному Настиному маршруту мимо заборов, припаркованных машин и разрытых колодцев. Галя учит Малевича быть сосредоточенным и серьезным, останавливаться у каждого опасного камня и поворота дороги. Она учит Настю понимать язык собачьих движений, спокойно и властно указывать Малевичу путь. Быть сильной.

Ссылка на статью: http://www.novayagazeta.ru/society/37141.html
Дублеры:
http://www.guidedogs.ru/o-nas-pishut/u-nasti-glaza-malevicha-novaia-gazeta-ot-1-02-2007g-7_russian
http://subscribe.ru/archive/culture.people.tifloresource/thread/635404
http://forum.infodog.ru/index.php?showtopic=685

Обсуждение: есть 1 комментарий

  1. Stanleyvow:

    Женщины отдают мужчинам самое драгоценное в жизни. Но они неизменно требуют его обратно — и все самой мелкой монетой.

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2014-2017 ~ Анастасия & Малевич ~ ·